Рафаэль Хакимов: «Изобретение кочевниками седла и стремени обеспечило им огромное преимущество»

07.09.2018
16:25
Мнения
Фото: psu.kz

Белые, серые, черные и гнедые кони татар повалились четырьмя колоннами в четырех направлениях на врага. Именно тюрки использовали маневренность как преимущество, для чего нужно было управлять ходом боя с помощью знамен, барабанов и других средств оповещения. Вклад кочевников в литературу и искусство требует отдельного исследования. Оно уже на заре кочевой цивилизации отличалось изысканностью, о чем говорят скифские изделия из золота. Директор Института истории им. Ш. Марджани Рафаэль Хакимов написал книгу «Хроника тюрко-татарских государств: расцвет, упадок, возрождение». Издание готовится к печати. Ученый подготовил новый отрывок из главы «Великая Степь» (часть 1 см. здесь, часть 2 — здесь).

Элементы сборки

Особой гордостью номада был конь. Степной татарский конь (выше и больше монгольской лошади) неприхотлив, вынослив, может жить за счет подножного корма, не требует укрытий ни в жару, ни в холод. Отдельные воинские подразделения имели лошадей строго определенной масти, что облегчало управление войсками. Это было древней тюркской традицией. Победу знаменитого гуннского вождя Багатура над китайским императором хроники описывали следующим образом: «белые, серые, черные и гнедые кони татар повалились четырьмя колоннами в четырех направлениях на врага». Именно тюрки использовали маневренность как преимущество, для чего нужно было управлять ходом боя с помощью знамен, барабанов и других средств оповещения.

Знамена служили средством подачи определенного сигнала для войск, на них ориентировались воины, получавшие таким образом приказы о наступлении, передислокации, отступлении и т. д. Видимо, уже при гуннах начинал складываться этот способ управления войсками. Китайскими историками зафиксировано во II в. н. э., как один из гуннских вождей «Копинен возвышал свой штандарт везде, где бы он не находился, маневрировал своими людьми на поле боя звуками барабана». Вместе с усложнением военных операций фактор маневренности играл все возрастающую роль для достижения победы. Одновременно использовались в бою засады, выдвижение резерва и т. д.

Наличие заводных лошадей увеличивало длину перехода, и отпадала надобность в привалах. Воины с собой имели небольшую палатку, но могли спать и на коне. Они до десяти дней могли обходиться собственными припасами еды: курутом (сгущенный и высушенный творог), вяленым мясом и небольшими запасами муки и проса. Сами лошади частично были источником самотранспортировки продовольствия, одна лошадь могла прокормить 100 мужчин.

Зимой воины одевались в меховые шапки-ушанки и «даха» — шубу из сложенного вдвое меха, шерстью наружу, которая закрывала колени. На ноги надевали сапоги с войлочными чулками, которые впоследствии стали называться валенками.

П.Н. Савицкий в одном из писем Л. Гумилеву писал: «Кочевники дали в свое время миру штаны и седло. Не может быть сомнения в том, что и одно, и другое важнейшее «изобретение» зародилось именно в кочевом мире. «Изобретения» эти просты, как все гениальное. Можно сказать так: в окончательном историческом итоге кочевники весь мир, всю обитаемую часть нашей планеты, одели в штаны и посадили, в свое время, на седло».

Трудно представить кочевников в римской или шотландской юбке, которая сегодня сохраняется скорее, как этнографическое наследие, нежели удобная одежда. Мир предпочитает одежду, подаренную кочевниками.

Юрта только на первый взгляд кажется примитивной, а по сути дела с точки зрения архитектуры она на редкость совершенна. Фото infmir.ru
Юрта только на первый взгляд кажется примитивной, а по сути дела с точки зрения архитектуры она на редкость совершенна. Фото infmir.ru

В кочевой традиции существовала колесница, телега, арба. На телегах перевозили не только скарб, но и юрты, что исключительно важно для проживания. Большие юрты ставили на телеги. Их тащили волы. Целый народ мог перемещаться по степи, параллельно занимаясь хозяйством. Город на колесах со всеми функциями — понятие не привычное для европейской науки. Их предубеждения опровергаются теми завоеваниями кочевников, которые потрясли весь евразийский континент.

Юрта только на первый взгляд кажется примитивной, а по сути дела с точки зрения архитектуры она на редкость совершенна. Благодаря своей круглой форме юрта хорошо сохраняла тепло. Ее нередко сооружали из двух куполов. Воздушная прокладка между ними служила изоляцией и от холода, и от жары. Юрты быстро собирали женщины, разжигали в центре огонь и готовили пищу, которая находилась вместе с ними в обозе в виде живых баранов.

Гильом Рубрук пишет: «Обязанность женщин состоит в том, чтобы править повозками, ставить на них жилища и снимать их, доить коров, делать масло и курт, приготовлять шкуры и сшивать их, а сшивают они их ниткой из жил. Именно они разделяют жилы на тонкие нитки, сплетают их в одну длинную нить. Они шьют также сандалии, башмаки и другое платье… Они делают также войлок и покрывают дома. Кроме того, женщины участвуют в выпасе овец и коз».

Юрты были вместительными и хорошо вентилировались, поскольку наверху имели отверстие, куда уходил дым и оттуда же поступал свет. Ханские юрты вмещали до пятисот гостей.

Изобретение кочевниками твердого седла и стремени на длительный срок обеспечило им огромное преимущество над оседлыми народами. У хунну стремена были в ходу, начиная с III века до н. э. На Западе ни греки, ни римляне не пользовались ими. Седло и стремена дали опору воину. На смену тяжелому мечу пришла легкая сабля. Воин, приподнимаясь на стременах, использовал вес тела для удара. А легкий небольшой по размерам составной лук позволял вести стрельбу прямо с коня. Так появилась легкая кавалерия.

Татарское седло. Фото historylib.org
Татарское седло. Фото historylib.org

Багдадский историк Ибн ал-Джахиза (ум. в 869 г.) оставил описание тюркского воина: «Он стреляет, гоня во весь опор назад и вперед, вправо и влево, вверх и вниз. Он выпускает десять стрел, прежде чем [араб]-хариджит положит одну стрелу на тетиву. И он скачет на своей лошади спускаясь с горы или в долине с большей скоростью, чем хариджит может скакать по ровной местности. У тюрка четыре глаза — два на лице, два на затылке».

Постоянные тренировки от поколения к поколению создали такую систему обучения воинского мастерства, что один средний воин у татаро-монгол мог справиться с пятью-шестью воинами любой другой армии.

В то же время воин благодаря седлу и стременам приобретал опору для удара пикой. Теперь никакой удар не мог выбить его из седла. Так появилась тяжелая кавалерия. Кочевники покрывали себя и коня легкой броней из металлических пластин, прикрепленных на кожаное основание.

Европа заимствовала изобретения кочевников, что привело к появлению рыцарей, облаченных в тяжелые доспехи. Для снаряжения рыцаря нужны были немалые деньги, что потребовало в свою очередь создания целого хозяйства. На этой основе появился феодализм. Появление стремени изменило не только тактику боя, но также повлияло на социальные отношения. Стремя стало важнейшим фактором общественного развития в Европе. Известный историк Линн Уайт считал, что «несмотря на свою кажущуюся простоту, это изобретение оказалось одним из самых значимых в истории человечества», поскольку именно оно, в конечном счете, привело к появлению «нового эксплуататорского класса», базу которого и составило его тяжеловооруженное конное воинство. Оружейный порох и артиллерия эпохи Возрождения положили конец военной роли рыцаря, а также тактике татарского конного строя.

Вклад кочевников в литературу и искусство требует отдельного исследования. Оно уже на заре кочевой цивилизации отличалось изысканностью, о чем говорят скифские изделия из золота.

Вооружение русских и татарских воинов в XIV в. Фото history.wikireading.ru
Вооружение русских и татарских воинов в XIV в. Фото history.wikireading.ru

Письменность

Любое государство нуждается в структурах, поддерживающих порядок в стране. Не только канцелярские дела, но и торговля требовали выработки своей письменности. Тюрки вначале пользовались согдийским письмом, приспособленным к нуждам Первого Тюркского каганата. Оригинальный тюркский алфавит появляется несколько позже.

В. Бартольд считает, что «енисейские надписи по форме букв должны быть признаны несколько более ранними, чем орхонские, и могут быть отнесены к VII веку». Буддийские миссионеры иногда пользовались среди тюрок индийским алфавитом, но скоро буддистами был усвоен согдийский алфавит, нашедший применение и среди тюрок. Свои алфавиты привезли с собой и представители двух западных религий, распространявшихся в Средней Азии, начиная, вероятно, с III века н. э., — манихейства и христианства. Обращенные в манихейство и христианство тюрки долго употребляли манихейские и сирийские буквы, наряду с согдийским письмом. В конце концов утвердилась собственная оригинальная тюркская руника.

Продолжение следует